Віршографія

[speaker]

Дмитрий Ревякин

Надо было

Надо было быть чуть ресче

Целеустремлённей и злей

К внутренним запросам попроще

На ноги вставать побыстрей

Надо было не распыляться,

В суете себя не искать.

Надо было в суть углубляться,

А не по верхушкам скакать

Надо было быть прозорливым,

Силы рассчитать на года.

Мог бы быть сегодня счастливым,

Кабы не сломался тогда

Надо было не писать мелом,

Не гореть звездою на час.

Черным сразу быть или белым,

Чтобы не метаться сейчас

Надо было ...

[speaker]

Дмитрий Ревякин

Надоест нам суета

Надоест нам суета -

Мы покинем города,

И зеленые леса нас поймут.

Улыбнутся нам поляны

Родниковыми глазами,

Птицы легкими крылами унесут

В край полуночных блужданий,

Тишины и нежных слов,

Заколдованных терзаний

И твоих счастливых слез.

Кто-то там под облаками

Машет гибкими руками

И в березовые дали нас зовет.

Очаруют нас снега,

И обманет шум дождя,

И ожившая душа запоет.

А когда прозрачный вечер

Нам напомнит о себе,

И серебряные плечи

Замерцают в темноте, -

Улыбнешься ты устало,

Ты не думала, не знала.

Тайной грустью провожала

Дней обман.

Под неведомые звуки

Ты протянешь звездам руки,

И печаль душевной скуки

Растворится как туман.

Ты заплачешь от восторга

И откроешь в сердце окна,

Мне шепнешь ты осторожно:

- Я проснулась!

Смоешь пыль чужих сомнений,

Блеск придуманных веселий,

Лужи мертвых откровений -

Ты вернулась...

Надоест нам суета...

Подожди еще немного -

Позовет тебя дорога

За моря, за океаны,

Вдаль, в неведомые страны.

Надоест нам суета...

[speaker]

Дмитрий Ревякин

Честное слово

В городе Париже в начале июля

Я столкнулся с ним, когда играл в прятки.

Он рвал свои стихи, пил дешевые виски

И плакал.

Его поджидала смерть

И он знал об этом.

Его лицое изрытое траншеями сомнений

Успокоилось, покрылось слоем мела.

Я спросил в упор

-Куда ты собрался?

Он шепнул -На небо,- и улыбнулся.

Честное слово!

В душном июле я запомнил как он умирал.

От снов до вдохновенья целая вечность,

Я трижды мог пропасть пока ее мерил.

Звериное чутье выручало в слепой дороге.

Я встретил могикан, для которых честь табу

И холеных фаворитов, что бесятся с жиру.

У первых был внимательным учеником,

Вторым вгрызался в глотку тихой собакой.

Издерганный молвой о распятой любви,

Израненный баграми языкастых пророков

Я медленно ступал по дымящей земле

И мучался жаждой.

Может быть мне просто повезло

Воронью всему на зло.

Мне не дали сгинуть в прорве дней,

Помогли залечить раны.

По тропинкам узким и шальным,

По обрывам ледяным.

К родникам живым провели меня

Мимо зоркой охраны.

Я припал к воде запекшимся ртом

И жадно пил глотая свое отраженье.

Да видно перебрал живительной влаги,

Меня начал бить озноб.

В памяти кипел раскаленный июль.

Париж не поперхнулся своею жертвой.

Я решил двигаться чтобы согреться,

Я начал двигаться чтобы согреться.

Честное слово!

Я не хочу умереть в ожидании солнца.

В городе Париже в начале июля

Я столкнулся с ним, когда играл в прятки.

Он рвал свои стихи и пил дешевые виски

И плакал.

Его поджидала смерть

И он знал об этом.

Его лицо изрытое траншеями сомнений

Успокоилось, покрылось слоем мела.

Я спросил его в упор

-Куда, Джим, собрался?

Он шепнул -На небо.

[Amelie]

Отношения

Наши отношения гремучая смесь

Из обьятий проклятий и нервов

Ночные превращения збитая спесь

Наглость рук нежность губ на мгновенье

И заученость фраз и измученость ласк

Мы считали часы до рассвета

И при свете солнца терзали себя

Зачем для чего все это.

Кто расскажет о чем мы грустили с тобой

Ты скрывала я тоже молчал

Нас несло и влекло и было легко

Находиться во власти чар

Соглосись кто то должен забыть себя

И в сметенье шагнуть на встречу

Но поверь дорогая не ты и не я

Не способны судьбе перечить

Серебристые сумерки видели нас

Обнимали крылать тишины

Что я зделал скажи в эти синии дни

Что бы ты погасила огни

Я хотел захлебнуться в твоих руках

Обо всем на земле забыть

Я мечтал утонуть в глубине твоих глаз

Но кто знал что сказки не быть

Возвращаясь к себе из омута снов

Не легко но глаза и щеки сухи

Мы откинем безумные ворохи слов

Мы сожом былые стихи

Ты прости окозался силнее лед

И напрасно звинела струна

И когда мы растанимся вспыхнет день

И вздохнет с облегченьем луна....

Д.Ревякин.

[solnishko]

СОН

Мне снилась осень в полусвете стекол,

Друзья и ты в их шутовской гурьбе,

И, как с небес добывший крови сокол,

Спускалось сердце на руку к тебе.

Но время шло, и старилось, и глохло,

И, поволокой рамы серебря,

Заря из сада обдавала стекла

Кровавыми слезами сентября.

Но время шло и старилось. И рыхлый,

Как лед, трещал и таял кресел шелк.

Вдруг, громкая, запнулась ты и стихла,

И сон, как отзвук колокола, смолк.

Я пробудился. Был, как осень, темен

Рассвет, и ветер, удаляясь, нес,

Как за возом бегущий дождь соломин,

Гряду бегущих по небу берез.

........................................................

Не волнуйся, не плачь, не труди

Сил иссякших, и сердца не мучай

Ты со мной, ты во мне, ты в груди,

Как опора, как друг и как случай

Верой в будущее не боюсь

Показаться тебе краснобаем.

Мы не жизнь, не душевный союз —

Обоюдный обман обрубаем.

Из тифозной тоски тюфяков

Вон на воздух широт образцовый!

Он мне брат и рука. Он таков,

Что тебе, как письмо, адресован.

Надорви ж его вширь, как письмо,

С горизонтом вступи в переписку,

Победи изнуренья измор,

Заведи разговор по-альпийски.

И над блюдом баварских озер,

С мозгом гор, точно кости мосластых,

Убедишься, что я не фразер

С заготовленной к месту подсласткой.

Добрый путь. Добрый путь. Наша связь,

Наша честь не под кровлею дома.

Как росток на свету распрямясь,

Ты посмотришь на все по-другому.

Б. Пастернак

ЗІ Не можу читати Пастернака без сліз, без щему..Стільки

душі у його віршах, що здається, як прочитати більше,

то можна захлинутися у тій щирості, відкритості. Кожен вірш - як сповідь...

[lilechka]

…Счастье не интервал – кварта, квинта, секста,

Не зависит от места бегства, состава теста,

Счастье – это когда запнулся в начале текста,

А тебе подсказывают из зала.

Это про дочь подруги сказать «одна из моих племянниц»,

Это «пойду домой», а все вдруг нахмурились и замялись,

Приобнимешь мальчика – а у него румянец,

Скажешь «проводи до лифта» – а провожают аж до вокзала.

И не хочется спорить, поскольку все уже доказала.

Вера Полозкова

[Amelie]

Мне сердце режет каждый звук.

О, если б кончились страданья,

О, если б я от этих мук

Ушел в страну воспоминанья!

Ничто пощады не дает,

Когда страдает дух родимый,

И пролетевший звук замрет

В душе тоскою нестерпимой...

А.Блок

[solnishko]

Ничто не сходит с рук:

ни самый малый крюк

с дарованной дороги,

ни бремя пустяков,

ни дружба тех волков,

которые двуноги.

Ничто не сходит с рук:

ни ложный жест, ни звук

ведь фальшь опасна эхом,

ни жадность до деньги,

ни хитрые шаги,

чреватые успехом.

Ничто не сходит с рук:

ни позабытый друг,

с которым неудобно,

ни кроха-муравей,

подошвою твоей

раздавленный беззлобно.

Таков проклятый круг:

ничто не сходит с рук,

а если даже сходит,

ничто не задарма,

и человек с ума

сам незаметно сходит...

Е. Евтушенко

[Amelie]

Вже вересень згубив останні пелюстки,

Останнє листя по степах розвіяв,

Ледь-ледь пройдеться берегом ріки,

Додолу опустивши довгі вії,

Кохана осінь. Вірна, ніби смерть,

Печальна, ніби тінь повечорова, —

І в холоді зітха сумна діброва,

І невпізнанна бродить круговерть.

Моя пораднице на життьовім розпутті,

Остання хмарка з літньої грози,

Берізки, в жовті чобітки узуті,

Згубили чар своєї бірюзи.

Ставок затих, і бродять довгі тіні —

Густі тумани чорних чагарів.

І на воді гусиний крик. Години

Дождати годі. Ти також згорів.

12.10.1961 р. озеро Кисегач

В.Стус

[speaker]

БГ

Небо цвета дождя

Долго мы пели про Свет, а сами шли сумраком

Не замечая за болтовней

Как ветер играл стеклянными струнами

Соединяющими наши души с землей

Мы шли далеко, шли за высокими тайнами

Шли, потому что иначе нельзя

А стерегущие дом замолкали и таяли

Один за другим таяли, таяли, таяли

В небе цвета дождя

Пальцы октябрьских святых по-прежнему ласковы

Только их лиц становится не разглядеть

Это все я - видно не справился с красками

Или снова забыл слова, когда хотел петь

Ничего, скоро январь затрещит за оградою

Своим ледяным питием вороша и дразня

Только бы мне устоять. Но я вижу - я падаю

Падаю, падаю, падаю, падаю

В небо цвета дождя

А еще говорят, что они были с крыльями

И глаза у них были живая вода

Но благостные слова опять пахнут пылью

И нас снова ведут и снова не скажут куда

А в небе прозрачная тишь, и все ясней ясного

Времени нет, и значит, мы больше не ждем

И в синеву сердце возносится ястребом

Чтобы благословить горящую землю дождем

Таких бесконечных цветов со мной еще не было

И за горизонтом, вплотную к нему подойдя

Видишь, что сети пусты, и ловить было некого

И никогда не было, не было, не было, не было

Небо цвета дождя.

[Amelie]

Только бы остаться

Самим собой,

Встретить отрешённо

Холод и зной,

И не испугаться

Дрём-голосов,

И не захлебнуться

В омуте снов,

И не затеряться

В пляске теней,

И не оступиться

В пропасти дней.

Только б не сломаться

Подтяжестью слов,

Буднями умыться

В редкий улов,

Выплакать ночами

Горечь утрат,

Заново дивиться

Зелени трав,

С небом породниться

Песней орла,

Взвесить небылицы

Мерой узла.

Сжечь в огне смятений

Подлость и ложь,

К черту разговоры -

Не проведёшь,

Выстудить ветрами

Сумерек страх,

И развеять пепел

Выгод и благ,

И не подавиться

Горькой молвой,

Только бы остаться

Самим собой

Д.Ревякин

Самим собою

[speaker]

Юрий Визбор

Леди

О, моя дорогая, моя несравненная леди,

Ледокол мой печален, и штурман мой смотрит на юг,

И, представьте себе, что звезда из созвездия лебедь

Непосредственно в медную форточку смотрит мою.

Непосредственно в эту же форточку ветер влетает,

Называвшийся в разных местах то муссон, то пассат,

Он влетает и с явной усмешкой письма читает,

Не отправленные, потому что пропал адресат.

Где же, детка моя, я тебя проморгал и не понял,

Где, подружка моя, разошелся с тобой на пути,

Где, гитарой бренча, прошагал мимо тихих симфоний,

Полагая, что эти концерты еще впереди.

И беспечно я лил на баранину соус Ткемали,

И картинки смотрел по утрам на обоях чужих,

И меня принимали, которые не понимали,

И считали, что счастье является качеством лжи.

Одиночество шлялось за мной и в волнистых витринах

Отражалось печальной фигурой в потертом плаще.

За фигурой по мокрым асфальтам катились машины

Абсолютно пустые, без всяких шоферов вообще,

И в пустынных вагонах метро я летел через годы,

И в безлюдных портах провожал и встречал сам себя,

И водили со мной хороводы одни непогоды,

И все было на этой земле без тебя, без тебя.

Кто-то рядом ходил и чего-то бубнил - я не слышал,

Телевизор мне тыкал красавиц в лицо - я ослеп,

И надеясь на старого друга и горные лыжи

Я пока пребываю на этой пыстынной земле.

О, моя дорогая, моя несравненная леди

Ледокол мой буксует во льдах, выбиваясь из сил.

Золотая подружка моя из созвездия лебедь,

Не забудь - упади, обнадежь, догадайся, спаси.

[Olesya]

це бурячанка – не буряки

це вже хорал а не джаз

чуєте шурхіт тихий такий –

це осипається час

листям з дерев

тиньком зі стін

шерстю зі псів і котів

ось і здійснив ти все що хотів

тільки – не так як хотів

ніби ж і сам не зовсім мудак

й друзі – не мудаки

все що збулось – збулося не так

з точністю до навпаки

вранці завжди нагадають жінки

що їм вночі нашептав

рух твій гінкий

хліб твій гіркий

кінь твій копита стоптав

всоте узяти в долі аванс

втисячне втратити шанс

наче в клепсидрі у кожному з нас

пере

сипається

час

О.Ірванець

збірка “Вірші останнього

десятиліття”, Львів, 2001

[speaker]

Николай Воротняк

Откровение Актёра

Памяти Владимира Высоцкого

Не верю я в «поводырей»:

Слепых слепые тянут в яму!

В пути, ведущие не к Храму,

В благих намерений елей...

Не верю в добрых казаков

И в злых разбойников не верю,

Когда распахнутые двери

Вдруг запирают на засов!

Не верю в душ хмельных родство,

В лукавых женщин постоянство...

Я верю в Музыки шаманство,

Я верю в Слова колдовство!

И в Микеланджело резец,

И в Леонардо кисть – я верю!

И, ощутив друзей потерю,

Я верю в Бога, наконец!

Не верю знатным колдунам,

И экстрасенсам, и провидцам!

И – в НЛО! И “очевидцам”,

Всем тем, кто был, как будто “там...”

Мой друг, годам не прекословь,

Но счастлив тот, кто понимает:

Не только юношей питает

Надежда, Вера и Любовь!

И тяжесть дум, и тяжесть лет

Порой твои сгибает плечи,

Но, черт возьми, “ещё не вечер!”

Ты помнишь, как сказал поэт?

Споем о Прошлом, не скорбя.

Уйдём в Театр от жизни серой!

И будем жить единой верой:

В Любовь, в Надежду и в себя!

[speaker]

Николай Воротняк

Монолог по телефону

“…Давай убежим от мирской суеты

Хотя бы на пару недель.

И будем вдвоём – только я, только ты

Да наша палатка, да ель.

Давай как-нибудь у огня посидим,

Безмолвные звёзды считая сквозь дым,

И может быть тихо споём

О жизни, о том и о сём…

…Мне сумрачных дней ненавистен режим

Мне так без тебя тяжело...

Давай всё оставим, давай убежим!

Ты слышишь? Ты слышишь? Алло!

Ловлю твои губы, что ждут поцелуя,

И к трубке твоей телефонной ревную

Их ласковый шёпот в ночи…

Алло! Говори, не молчи!

Ты плачешь?

Твой голос совсем не узнать.

С каких это пор мы “на Вы”?

Ах, вы не “она”!…

двадцать три – сорок пять”

Простите.

Ошибка…

Увы…

[speaker]

Юрий Визбор

Наполним музыкой сердца

Наполним музыкой сердца

Устроим праздники из буден

Своих мучителей забудем

Вот сквер пройдемся ж до конца

Найдем любимейшую дверь

За ней ряд кресел золоченых

Куда с восторгом увлеченных

Внесем мы тихий груз своих потерь

Внесем мы тихий груз своих потерь

Какая музыка была

Какая музыка звучала

Она совсем не поучала

А лишь тихонечко звала

Звала добро считать добром

А хлеб считать благодеяньем

Страданье вылечить страданьем

А душу греть вином или огнем

А душу греть вином или огнем

И светел полуночный зал

Нас гений издали заметил

И разглядев кивком отметил

И даль иную показал

Там было очень хорошо

И все вселяло там надежды

Что сменит жизнь свои одежды

Наполним музыкой сердца

1975

[speaker]

Юрий Визбор

СЕРЕГА САНИН

С моим Серегой мы шагаем по Петровке,

По самой бровке, по самой бровке.

Жуем мороженое мы без остановки -

В тайге мороженого нам не подают.

То взлет, то посадка,

То снег, то дожди,

Сырая палатка,

И почты не жди.

Идет молчаливо

В распадок рассвет.

Уходишь - счастливо!

Приходишь - привет!

Идет на взлет по полосе мой друг Серега,

Мой друг Серега, Серега Санин.

Сереге Санину легко под небесами,

Другого парня в пекло не пошлют.

Два дня искали мы в тайге капот и крылья,

Два дня искали мы Серегу.

А он чуть-чуть не долетел, совсем немного

Не дотянул он до посадочных огней.

То взлет, то посадка,

То снег, то дожди,

Сырая палатка,

И почты не жди.

Идет молчаливо

В распадок рассвет.

Уходишь - счастливо!

Приходишь - привет!

1965

[speaker]

....................................подрузі присвячується.......

Юрий Визбор

МНЕ НЕ ХВАТАЕТ ТЕБЯ

Где-то ходишь ты через дожди,

Проживаешь ты жизнью иною.

Говорят мне - весну подожди,

Все иначе предстанет весною.

Только в этой весне

Ветры грустно трубят -

Ты ведь знаешь, что мне

Не хватает тебя.

Говорят, есть таблетки для сна,

С ними полный покой обеспечен,

Есть в гитаре такая струна,

Что весельем печали все лечит.

Но не в лад той струне

Все другие скорбят -

Ты ведь знаешь, что мне

Не хватает тебя.

И еще мне советы дают:

Дескать, клин выбивается клином.

Хорошо, мол, уехать на юг,

Где сияет луна над долиной.

Но стою при луне

Я, платок теребя, -

Ты ведь знаешь, что мне

Не хватает тебя.

Я найду тебя, я не сдалась,

Я пройду сквозь метели и мели!

Для того и планета кругла,

Чтоб на ней перекрестки имелись.

Ни годам, ни судьбе

Нас с тобой не разнять,

Ты ведь знаешь - тебе

Не хватает меня

22 июня 1975

[speaker]

Юрий Визбор

ПОРА ПОДУМАТЬ О СЕБЕ

Да, мой любимый, все долги

Мы заплатили непростой своей судьбе.

Мы жили судьбами других, -

Пора подумать о себе.

А наши годы все скользят,

Как птицы осени, летящие на юг.

Нас не оставили друзья,

Но как редеет этот круг!

Как наши дети подросли -

Вот верный счетчик нашим общим временам.

Уйдут, как в море корабли,

И торопливый поцелуй оставят нам.

Да, наша молодость прошла,

Но, знаешь, есть одна идея у меня:

Давай забросим все дела

И съездим к морю на три дня.

И будет в нашей жизни миг,

Когда простой весенний луч

Порвет завесу низких туч,

Затеяв детскую игру,

И ветры, будто бы друзья,

Слетятся к нашему костру.

29 апреля 1974

[Olesya]

Все нам повернеться. Сонце стає вогненним.

Падають з неба крихти дзвінкої смальти.

Тоншають, тоншають наші блакитні вени,

Довшають, довшають постаті на асфальті.

Осінь безчасся. Вежі її готичні.

Пальта крилаті. Вітру прозора повінь.

Вірою, вірою станем прості і вічні,

Віршами, віршами простір осінній повен.

Мар'яна Савка

[Mala]

***

У калюжах небо.

Кораблі-каштани.

Світ оголить ребра.

А по тому стане

срібло приміряти,

кришталів намиста.

Золота витрати

не рахує місто.

Сонце перестигле

у шпарині кожній.

Літо швидко збігло.

Почуттям - не можна!

Софія Кримовська

[speaker]

....................................подрузі присвячується.......

Юрий Визбор

Я ВЕРНУЛСЯ

Здравствуй, здравствуй, я вернулся!

Я к разлуке прикоснулся,

Я покинул край, в котором

Лишь одни большие горы,

Меж горами перевалы, -

В том краю ты не бывала, -

Там звезда есть голубая,

В ней угадывал тебя я.

Здравствуй, здравствуй, друг мой вечный!

Вот и кофе, вот и свечи,

Вот созвездье голубое,

Вот и мы вдвоем с тобою.

Наши дни бегут к закату,

Мы, как малые ребята,

Взявшись за руки, клянемся -

То ли плачем, то ль смеемся.

Здравствуй, здравствуй, милый случай!

Здравствуй, храбрый мой попутчик!

Разреши идти с тобою

За звездою голубою.

И на рынок за хлебами,

И с корзиной за грибами,

И нести вдвоем в корзинке

Наших жизней половинки.

27 июля 1976

Фанские горы

[Amelie]

Я не я

Я втратила своєжиття.

Я втратила своє обличчя.

Дивлюсь на себе - я не я,

І чужий голос мене кличе.

Я втратила своє ім`я.

Сама себе тепер не знаю.

Вночі приходить каяття.

А вранці знов все забуваю.

І навіть тінь якась чужа.

Так скоса в очі зазирає.

І тільки стомлена душа,

Щось тихо молиться, співає.

Молись, душа моя, молись!

Тебе ріднішої немає.

Молись, щоб я знайшла себе,

Бо день за днем кудись зникаю.

Молитвою розплакалась душа

Молитвою розплакалась душа.

Закрила очі й гірко заридала.

Встромили в неї лезвіє ножа,

Такого вона зовсім не чекала.

І холод злий пронизує усе.

А вітер лезо глибше заганяє.

А вітер біль по світу рознесе,

Та біль назад у душу повертає.

Той біль пульсує, з серцем у такт б`ється .

І в тиші чути це серцебиття.

А ворог дивиться у душу і сміється,

Бо думав, що забрав в душі життя.

Молитвою розплакалась душа.

І гостре лезо вирвала із себе.

Лишилась тільки рана від ножа.

Чи заживе? Надіятися треба...

Камелія

[Alexander47]

На самом деле мне нравилась только ты,

мой идеал и мое мерило.

Во всех моих женщинах были твои черты,

и это с ними меня мирило.

Пока ты там, покорна своим страстям,

летаешь между Орсе и Прадо, —

я, можно сказать, собрал тебя по частям.

Звучит ужасно, но это правда.

Одна курноса, другая с родинкой на спине,

третья умеет все принимать как данность.

Одна не чает души в себе, другая — во мне

(вместе больше не попадалось).

Одна, как ты, со лба отдувает прядь,

другая вечно ключи теряет,

а что я ни разу не мог в одно все это собрать —

так Бог ошибок не повторяет.

И даже твоя душа, до которой ты допустила меня раза три через все препоны, —

осталась тут, воплотившись во все живые цветы

и все неисправные телефоны.

А ты боялась, что я тут буду скучать,

подачки сам себе предлагая.

А ливни, а цены, а эти шахиды, а роспечать?

Бог с тобой, ты со мной, моя дорогая.

Дмитрий Быков

[SvitlikOM]

А як же ми один без одного

Я нахиляюсь над безоднею,

кричу у безвісті віків:

- А як же ми один без одного

в Сузір'ї Гончих Павуків?!

І як же ти один у Всесвіті?

І як же тут без тебе я?!

Впізнай мене в холодній безвісті,

згадай моє земне ім'я!

Старий записничок, адреси, телефони,

відкинутий життям уже на маргінес.

Куди дзвонить?Там дзвонять тільки дзвони.

Куди писать? Там вже нема адрес.

Та й час новий. Мобільники, е-мейли.

Кому потрібні записи криві?

Але ж ті імена! Вони ж там не померли,

в старих записничках вони іще живі!

Старі записнички не можна викидати.

Там неповторні записи і дати.

Там небуденні навіть наші будні.

Там дивляться нам вслід забуті незабутні.

Машини, шини, стрес, експрес,

кермо, гальмо, впритул, з-за рогу!

Стоїть Мадонна Перехресть,

благословляючи дорогу.

Таксі, автобуси, авто,

і мотоцикли, і кибитки.

Всі всім на світі є ніхто -

ні хто куди, ні хто нізвідки.

Маршрути горя і безчесть.

Світ на століття постарішав.

Стоїть Мадонна Перехресть,

чи вже Мадонна Бездоріжжя!

І мчать, і мчать, числа їм несть.

Дорога дальня й невідома.

Стоїть Мадонна Перехресть,

благословляюча Мадонна.

Ліна Костенко